Хочу рассказать об украинке, которая сегодня живёт в Дортмунде. Приехала она со своей семьёй (дочь, муж (имел право пересекать границу) и собака) из-за войны в марте 2022 года из Гостомеля (рядом с г. Буча, Киевская область, Украина). Вообще она родом из Донецка (оккупированная территория Украины с 2014 года). Врач. Мать. Прекрасная жена. Хороший друг. И мой клиент.
2014 год
Первый переезд был в 2014 году из Донецка в Киев. Купили дом. Деньги одолжили у её брата. На мебель взяли кредит в банке. Хорошая работа: была заведующей отделением в больнице. Муж — профессиональный спортсмен.
2022 год
В феврале 2022 года дом сгорел (попадание ракеты). Выбирались из Гостомеля через лес. «Правдами и неправдами» добрались до Дортмунда. За 8 лет семья дважды лишилась «всего». Главное — остались живы. Дома нет, но кредит и долг остались.
2024–2025 годы
С мая 2024 года мы занялись вопросом компенсации ущерба (существует государственная программа компенсаций). Уже в мае 2025 года пришло уведомление о положительном решении: выдача жилищного сертификата на сумму 3 млн 145 тыс. грн (это более 67 тыс. евро). Конечно, этот сертификат не покрывает всех утрат. Поэтому мы обратились в суд и в дальнейшем планируем обратиться в Международный реестр компенсаций.
Почему я это пишу? Каждый, кто пострадал из-за войны, имеет право на компенсацию — как государственную украинскую, так и международную. Репарации — это не миф, а реальность.